Raisa D. (Naiwen) (naiwen) wrote in la_garde_1826,
Raisa D. (Naiwen)
naiwen
la_garde_1826

Очные ставки. Часть 1, Северное общество.

Уважаемые игроки, во время следствия проводились очные ставки. На игре у нас тоже будут проводиться очные ставки. Совершенно не обязательно, что на игре будут те же самые ставки, которые были в реале (каких-то может не быть, могут быть какие-то совсем другие, к тому же многих персонажей у нас на игре просто нет).

Тем не менее, мы думаем, что многим будет интересно ознакомиться с реальным списком очных ставок, которые были во время исторического следствия у ваших персонажей: дело в том, что большинство из вас прочли или прочтут только следственное дело своего персонажа, может быть еще двух-трех человек "вокруг". Между тем протоколы очных ставок часто бывают разбросаны по совершенно разным следственным делам. Поэтому мы собрали информацию по всем очным ставкам с помощью так называемых "Журналов следственного комитета" и некоторых других источников и предлагаем вам ознакомиться. Формулировки взяты в основном из Журналов следственного комитета, вы можете увидеть, какой вообще круг вопросов затрагивался на очных ставок, на кого из персонажей ложилась наиболее интенсивная нагрузка и так далее.

По персонажам кастинга, вот какое количество реальных очных ставок было у подследственных:

Пестель – 22
Бестужев-Рюмин - 21
Рылеев – 12
Каховский – 10
Сергей Муравьев – 10
Спиридов – 10
Свистунов - 7
Александр Бестужев – 6
Оболенский – 6
Волконский – 6
Матвей Муравьев – 6
Горбачевский - 6
Давыдов – 5
Петр Борисов - 5
Никита Муравьев – 4
Барятинский – 3
Артамон Муравьев – 3
Федор Вадковский - 3
Александр Поджио – 2
Алексей Тютчев – 2
Трубецкой - 1
Юшневский – 1
Фаленберг - 1

Ну и под катом подробно по каждому персонажу, найдите себя в списках (ну и про остальных можете почитать).


Северное общество

Трубецкой
1) 6-го мая
Князю Сергею Трубецкому с отставным подпоручиком Рылеевым. Князь Трубецкой согласился с показаниями Рылеева, в коих насчет происходившего на совещаниях пред возмущением 14-го декабря были многие разноречия с последними ответами Трубецкого. При сем оба подтвердили, что Пестель, учреждая в проекте временное правительство, назначал себя и четверых других его приверженцев в директоры государства (наподобие французской директории), в министры: финансов – Юшневского, внутренних дел – князя Сергея Трубецкого, военные – генерал-майора Шипова и тому подобное.


Рылеев
1) 22 марта
Лейтенанту Романову с Рылеевым: последний уличал первого в том, что открыл ему существование тайного общества, цель оного ввести конституционное монархическое правление и получил обещание Романова приехать, когда он ему о сем напишет. Романов сознался в том, что узнал от Рылеева о существовании и цели сказанного общества, но обещания приехать не давал.
2) 13 апреля
Полковнику Федору Глинке с отставным подпоручиком Рылеевым и штабс-капитаном Александром Бестужевым в том, что дня за два до 14-го декабря Глинка сими двумя последними был извещен о намерении общества воспользоваться переприсягою, дабы достигнуть своей цели. Рылеев и Бестужев показание сие подтвердили, Глинка оное отверг.
3) 6-го мая
Отставному поручику Каховскому с отставным подпоручиком Рылеевым в том, что он хвастался убийством графа Милорадовича и тем, что он ранил проходившего свитского офицера. Рылеев сие подтвердил; Каховский остался при своем показании, что он выстрелил в графа Милорадовича, но не знает, попал ли в него или нет, свитского же офицера не ранил, но напротив того, освободил от бросившейся на него черни.
4) 6-го мая
Князю Сергею Трубецкому с отставным подпоручиком Рылеевым. Князь Трубецкой согласился с показаниями Рылеева, в коих насчет происходившего на совещаниях пред возмущением 14-го декабря были многие разноречия с последними ответами Трубецкого. При сем оба подтвердили, что Пестель, учреждая в проекте временное правительство, назначал себя и четверых других его приверженцев в директоры государства (наподобие французской директории), в министры: финансов – Юшневского, внутренних дел – князя Сергея Трубецкого, военные – генерал-майора Шипова и тому подобное.
5) 8-го мая
Отставному подпоручику Рылееву с отставным поручиком Каховским: по словам сего последнего Рылеев объявил ему при приеме цель общества истребить всю императорскую фамилию, что хотел употребить для исполнения сего преступления людей решительных, коих впоследствии общество принесло бы в жертву для очищения себя, что преступное намерение общества должно было быть произведено на петергофском празднике. Рылеев же в опровержение сего показал: что он Каховскому никогда подобной цели и намерений не открывал, что напротив того, сам Каховский несколько раз вызывался на цареубийство, но всегда им, Рылеевым, был останавливаем, и наконец, даже исключен из общества за неотступное его требование исполнить свое намерение. Оба остались при своих показаниях.
6) 9-го мая
Лейтенанту Завалишину с отставным подпоручиком Рылеевым: Завалишин утверждал, что все переданные им Беляевым и прочим разговоры о разных несправедливостях правительства слышал он от Рылеева, равно и то, что сей последний не хотел его принять прежде, пока он не назовет ему членов Ордена восстановления. Рылеев сие показание отвергнул.
7) 9-го мая
Отставному подпоручику Рылееву с подполковником Батеньковым: первый показал, что Батеньков должен был идти вместе с ним и Пущиным в сенат для предъявления Манифеста. Батенков же объявил, что он манифеста не видал и для предъявления его в Сенат не назначался, а раз сказал Рылееву, что он желал бы произнесть в Сенате речь в пользу представительного правления. Оба остались при своих показаниях.
8) 9-го мая
Отставному подпоручику Рылееву с штабс-капитаном Александром Бестужевым в том, что еще осенью 1825-го года Рылеев назначал Каховского для нанесения удара на покойного государя и что Бестужев объявил о том Каховскому, который за то рассердился. На очной ставке пояснилось, что вследствие самовольного вызова Каховского на цареубийство, Рылеев полагал употребить его, когда бы решительно обществом положено было исполнить сие преступное намерение. При сем объявили оба, Рылеев и Бестужев, что в обществе уже тогда часто говорили о необходимости истребить всю императорскую фамилию.
9) 12-го мая
Отставному подпоручику Рылееву с капитан-лейтенантом Торсоном в нескольких мелочных разноречиях, не клонящихся ни к обвинению, ни к оправданию их, но пояснение коих нужно для полноты дела. Оба остались при своих показаниях. (по вопросу о том, было ли известно Торсону о планах по истреблению фамилии – РД)
10) 12-го мая
Полковнику фон-дер-Бригену с отставным подпоручиком Рылеевым: фон-дер-Бриген согласился, что слышал от Рылеева о намерении Якубовича, но отрицался от того, чтобы знал о намерении при начатии действий вывезти императорскую фамилию посредством Кронштадского флота, и потому и не мог передать Трубецкому. Рылеев, напротив того, сие последнее показание свое подтвердил.
11) 12-го мая
Князю Щепину-Ростовскому с Рылеевым: сей последний уличал первого в том, что на совещаниях он слышал рассуждение о требовании Конституции и о собрании Великого собора. Щепин-Ростовский не сознался.
12) 16-го мая (не вошло в журналы Следственного комитета)
С Каховским в связи с последними бредовыми инсинуациями Каховского в его покаянном письме (РД)

Каховский
1) 2-го мая
Отставному поручику Каховскому с князем Одоевским. Каховский не сознался в том, что он выстрелил в полковника Стюрлера, ниже в том, что сказал Одоевскому вышеозначенные слова («что имеет на душе двух»). Одоевский свое показание подтвердил.
2) 3-го мая
Отставному поручику Каховскому с отставным подполковником бароном Штейнгелем: по показанию Штейнгеля, Каховский после происшествия 14-го декабря ввечеру у Рылеева рассказывал, как он говорил митрополиту, подходившему к мятежникам: «Полно, батюшка, теперь не прежняя пора, поди-ка в свое место» и проч., и потом хвастался убийством графа Милорадовича. Каховский же против сего объявил, что он митрополиту того не говорил, а упрашивал его уговорить противную партию, чтобы не проливать крови, ибо они объявят законные свои требования чрез Сенат, что он в Милорадовича выстрелил, но не знает, убил ли его, и потому этим хвастаться не мог. Оба остались при своих показаниях
3) 6-го мая
Отставному поручику Каховскому с отставным подпоручиком Рылеевым в том, что он хвастался убийством графа Милорадовича и тем, что он ранил проходившего свитского офицера. Рылеев сие подтвердил; Каховский остался при своем показании, что он выстрелил в графа Милорадовича, но не знает, попал ли в него или нет, свитского же офицера не ранил, но напротив того, освободил от бросившейся на него черни.
4) 8-го мая
Отставному подпоручику Рылееву с отставным поручиком Каховским: по словам сего последнего Рылеев объявил ему при приеме цель общества истребить всю императорскую фамилию, что хотел употребить для исполнения сего преступления людей решительных, коих впоследствии общество принесло бы в жертву для очищения себя, что преступное намерение общества должно было быть произведено на петергофском празднике. Рылеев же в опровержение сего показал: что он Каховскому никогда подобной цели и намерений не открывал, что напротив того, сам Каховский несколько раз вызывался на цареубийство, но всегда им, Рылеевым, был останавливаем, и наконец, даже исключен из общества за неотступное его требование исполнить свое намерение. Оба остались при своих показаниях.
5) 10-го мая
Отставному поручику Каховскому с отставным подполковником бароном Штейнгелем в том, что за несколько дней до 14-го декабря Каховский, разговаривая с Николаем Бестужевым, сказал: «С этими филантропами делать нечего, тут надобно просто резать, да и только, а не то я первый пойду и сам на себя все донесу». Штейнгель сие показание подтвердил, Каховский же объявил, что на примечание кого-то из присутсвовавших: «Рылеев все только толкует, а для действия никаких распоряжений не делает» Каховский в шутку возразил: «Да, политика политикой, а рубиться надобно». Оба остались при своих показаниях.
6) 10-го мая
Отставному поручику Каховскому с коллежским асессором Кюхельбекером. Сей последний показал, что во время происшествия 14-го минувшего декабря он был свидетелем, как Каховский в толпе народа ранил кинжалом мимо шедшего свитского офицера. Каховский сие показание отрицал; Кюхельбекер же объяснил, что он видал, как Каховский замахнулся кинжалом, и после того видел свитского офицера окровавленного, почему и полагает с некоторою достоверностью, что Каховский ему нанес удар.
7) 10-го мая
Отставному поручику Каховскому с капитан-лейтенантом Николаем Бестужевым в том, что Каховский непременно требовал пред 14-м числом декабря, чтобы ему сказали, на кого из императорской фамилии нанесть удар, а в противном случае донесет о всем правительству. Бестужев сие подтвердил, Каховский отвергнул.
8) 18-го мая (не вошло в журналы Следственного комитета)
С Рылеевым в связи с последними обвинениями Каховского в его покаянном письме (РД)
9) 18-го мая (не вошло в журналы Следственного комитета)
Со Штейнгелем в связи с последними обвинениями Каховского в его покаянном письме (РД)
10) 9) 18-го мая (не вошло в журналы Следственного комитета)
С Николаем Бестужевым в связи с последними обвинениями Каховского в его покаянном письме (РД)

Никита Муравьев
1) 29-го марта
Капитану Никите Муравьеву с корнетом Одоевским. Сей последний утверждал, что никогда Муравьев ему не показывал своей конституции, а Муравьев, приводя на память все подробности сего обстоятельства, сознался, что дал список конституции не Одоевскому, а Оболенскому.
2) 10-го апреля
Капитану Никите Муравьеву с полковником Пестелем а) в том, что совещание, бывшее в 1820-м году на квартире полковника Федора Глинки, было формальное собрание Коренного союза, облеченного законодательною властью общества, и что там было решительно положено ввести в России республиканское правление и объявить о сем заключении всем частным Думам и Управам. Полковник Пестель подтвердил сие показание. Капитан же Муравьев, признавая справедливым все, что в сем показании сказано о происходившем прении насчет лучшего для России образа правления и согласия всех присутствовавших членов на введение республики, утверждал, что сие заключение не было решительное положение общества и частным Думам и Управам, по крайней мере северным, объявлено не было в) в том, что Муравьев, говоря о сочиненной им конституции Пестелю, сказал, что он написал ее в духе монархическом ради вновь принимаемых членов comme un Rideau derrier lequel nous formerons nos colonnes” и что он всегда останется также приверженным, как и прежде, к народному правлению. Полковник Пестель сие показание подтвердил; капитан же Муравьев упомянутые слова отверг, прибавляя, что хотя он и предпочитал образ правления республиканский, однако никогда не полагал непременно склонить к своей мысли все общества и считал необходимым подчинить новое политическое образование России обстоятельствам и мыслям, которые при окончательных действиях были бы господствующими.
3) 28-го апреля
Капитану Никите Муравьеву с полковником Артамоном Муравьевым в том, что они оба в Москве в 1817 году вызвались на цареубийство, предлагая произвесть оное на бале в Грановитой палате, и что были остановлены в сем предриятии Александром Муравьевым, Артамон Муравьев сие показание подтвердил, Никита же Муравьев отверг, удостоверяя, что Артамон один вызвался и без всякой на то причины вскоре после принятие его в Военное общество. При сем объявил, что Артамон в Союзе благоденствия не состоял, а было ему позволено набирать в 5-м резервном кавалерийском корпусе членов для Военного общества; но членов, которых он принял, никто не знал и оные никогда в список введены не были.
4) 2-го мая
Полковнику Пестелю с капитаном Никитою Муравьевым: сей последний подтвердил, что в 1824 году Пестель, говоря с ним о цели общества, охуждал его намерение показать всем при приеме проект конституции и полагал, что должно знать о том одним правителям общества, что надобно сперва истребить императорскую фамилию людьми, вне общества состоящими, которыми после и пожертвовать, дабы очистить общество в глазах народа, и что все места во временном правлении, равно как и все места гражданские и военные должны быть заняты членами общества. Пестель сие отверг, приводя в доказатеьство противные сему действия его по Южному округу и удостоверяя, что он никогда не думал пожертвовать для пользы общества теми, коим бы поруалось произвесть цареубийство. Муравьев пояснил, что может быть он не понял мысли Пестеля, желавшего только, чтобы цель общества не была открываема людям, в оном не состоящим, остальное показание свое подтвердил.

Александр Бестужев
1) 29-го марта
Коллежскому асессору Пущину с штабс-капитаном Александром Бестужевым в том, что первый 14-го декабря предлагал статскому советнику Горскому принять команду над мятежным войском. Пущин остался при том, что он сего совершенно не помнит, а потому и не может согласиться с показанием Бестужева.
2) 13 апреля
Полковнику Федору Глинке с отставным подпоручиком Рылеевым и штабс-капитаном Александром Бестужевым в том, что дня за два до 14-го декабря Глинка сими двумя последними был извещен о намерении общества воспользоваться переприсягою, дабы достигнуть своей цели. Рылеев и Бестужев показание сие подтвердили, Глинка оное отверг.
3) 24-го апреля
Князю Одоевскому с Александром Бестужевым: сей последний уличал Одоевского в том, что он действительно произнес слова, о коих Штейнгель объявил («умрем, ах как славно мы умрем!» - РД) и 14-го декабря приехал к каре возмутителей верхом, но потом слез и с пистолетом в руках стоял пред взводом Московского полка, который ему был дан в команду. Князь Одоевский признал показание сие справедливым.
4) 9-го мая
Отставному подпоручику Рылееву с штабс-капитаном Александром Бестужевым в том, что еще осенью 1825-го года Рылеев назначал Каховского для нанесения удара на покойного государя и что Бестужев объявил о том Каховскому, который за то рассердился. На очной ставке пояснилось, что вследствие самовольного вызова Каховского на цареубийство, Рылеев полагал употребить его, когда бы решительно обществом положено было исполнить сие преступное намерение. При сем объявили оба, Рылеев и Бестужев, что в обществе уже тогда часто говорили о необходимости истребить всю императорскую фамилию.
5) 14-го мая
Поручику князю Оболенскому с штабс-капитаном Александром Бестужевым. Последний уличал первого в том, что Оболенский был согласен на предложение Южного общества ввести в России республиканское правление с истреблением императорской фамилии. Бестужев подтвердил свое показание, Оболенский оное отвергнул
6) 14-го мая
Штабс-капитану Александру Бестужеву с капитаном Якубовичем в том, что первый говорил последнему при Рылееве и князе Одоевском о необходимости истребить покойного Государя, царствующего императора и великого князя Михаила Павловича для введения в России конституции. Бестужев, не допуская до очной ставки, согласился с сим показанием, объяснив, что в то время меру сия признавалась обществом необходимою, но впоследствии отвергнута

Оболенский
1) 12-го апреля
Надворному советнику Семенову с князем Оболенским в том, что князь Оболенский известил Семенова о намерениях общества на 14-е число декабря. Оболенский подтвердил свое показание; Семенов же объявил, что насчет 14-го декабря Оболенский мог говорить ему только о сомнениях своих насчет присяги, но ни о чем другом
2) 24-го апреля
Отставному штабс-капитану Зыкову с князем Евгением Оболенским: не допуская до очной ставки, Зыков сознался, что пред выходом в отставку дал князю Оболенскому обещание принадлежать к обществу, имеющему целью ввести в государство конституционный порядок посредством распространения просвещения и постепенного освобождения крестьян.
3) 14-го мая
Поручику князю Оболенскому с отставным подполковником Матвеем Муравьевым-Апостолом: сей последний, не допуская до очной ставки, отказался от своего показания, что Оболенский был согласен на предложение Южного общества ввести в России республиканское правление с истреблением императорской фамилии.
4) 14-го мая
Поручику князю Оболенскому с штабс-капитаном Александром Бестужевым. Последний уличал первого в том же. Бестужев подтвердил свое показание, Оболенский оное отвергнул
5) 18-го мая
Лейб-гвардии Финляндского полка подпоручику Богданову с поручиками того ж полка бароном Розеном и князем Оболенским, которые показывают, что 11-го декабря 1825 года все они и еще несколько офицеров Финляндского полка были у Репина, где говорили, что не должно присягать государю императору Николаю Павловичу и в случае принуждения к тому выходить на Сенатскую площадь; все изъявили готовность исполнить сие, и что на другой день Розен и Богданов, быв у Оболенского, решительно утвердили сие честным словом. Богданов сознался, что 11-го декабря у Репина и 12-го у Оболенского при нем говорили об отречении от престола государя цесаревича, но он, предполагая, что это до него не касается, скоро ушел и обещания быть на площади не давал.
6) 18-го мая
Поручику князю Оболенскому с поручиком лейб-гвардии Финляндского полка Цебриковым, из коих первый показывает, что 14-го декабря на площади Цебриков лично объявил ему, что он партии Репина, знает цель их и готов им содействовать, последний же отрицает сие. Все остались при своих показаниях.


Tags: исторические материалы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments